— Эй, Ольга, ты меня слышишь?
— Где у тебя телефон?
— Я тебе уже пять раз звонила.
Ольга прохрипела, что случайно переключила аппарат в беззвучный режим, но никто этого не расслышал.
Когда Тамара появилась, Ольга ощутила смешанное чувство удивления и радости. Ей было приятно, что о ней помнят на работе, ведь этот длинный день, наполненный болью и жарой, уже успел утомить её. Привычная суета, постоянное окружение людей, шум голосов и конвейера — всё это заставляло её скучать по знакомому, размеренному ритму, который в её сознании ассоциировался со словом «цех».
Удивление вызвало то, что она не ожидала, что вечно занятая своими делами Тамара решится её навестить.
— Ну, как там у вас дела? — спросила Ольга, поправляя растрёпанные светлые волосы. — Без меня справились?
— Да всё по-прежнему, — махнула рукой Тамара. — Работаем! — И она весело рассмеялась, бросив быстрый взгляд в сторону Алексея.
— Это Тамара, — представила её Ольга своему мужу. — Тамара Ильинична.
— Кажется, вы ещё не знакомы? —
— Чёрт возьми! Я даже толком поздороваться не успел, — с добродушной улыбкой заметил Алексей, протягивая руку Тамаре.
— Очень приятно! — ответила Тамара своим глубоким, выразительным голосом, энергично пожимая её руку и с торжественностью добавила: — Мария Петровна.
— А по отчеству как? — спросил Алексей.
— Тоже Петрович, — улыбнулся он. — Александр Петрович.
— Значит, мы с вами тезки, — удивилась Тамара.
— Ну надо же! — искренне поразилась она. — А я вот, видишь, свалилась с простудой — не пойму, откуда взялась…
— Кости ломит… — поддержала Тамара. — И не говори! Тебя буквально скрутило за один день.
Тамара заметила, как вздрогнули ресницы Ольги, и поняла, что сказала что-то не к месту. Исправляясь, она бодро добавила:
— Знаешь, тебе и бояться нечего. Ты ведь крепкая, жилистая, любую болезнь переборешь.
Потом обратилась к Алексею, улыбаясь и приглашая его разделить это сочувствие:
— А вот мне болеть — опасно, — сказала она. — Всё из-за моей злосчастной полноты…
Она упоминала о своей «полноте» с лёгкой иронией, как о милом недостатке, скорее гордясь им, чем стесняясь. Фактически, её округлые формы не портили фигуру, а придавали ей приятную мягкость, и Тамара прекрасно это понимала.
Алексей уловил шутку и одобрительно улыбнулся.
Ольге вдруг стало неловко, и ей захотелось, чтобы Тамара ушла.
— Садись, садись, — предложила она, стараясь справиться с собой. — Хоть немного посиди.
— Алексей, дай ей стул… —
— Да что сидеть-то? — вмешалась Тамара, усаживаясь на стул. — Сидеть без дела — это время терять.
— Давай я вам ужин приготовлю? — предложила она. — Твой мужчина, наверное, ещё не ел?
— Спасибо за заботу, — ласково ответил Алексей. — Мы как-нибудь сами…
— Да и на работе я обедал…
— Нет уж, нет, приготовлю, — настаивала Тамара. — Малыш придёт, ему тоже горячее нужно.
— Да не хлопочи ты, — слабо возразила Ольга. — Там ещё суп остался…
— Ну и что, что суп? — с ещё большим упорством продолжила Тамара. — Суп он и есть суп — вода с картошкой. Одним супом не наешься. А вот каша… Я вам сейчас каши сварю! Рисовой, например.
— Рис есть? —
— Есть, — махнула рукой Ольга. — Только не стоит…
— Стоит! Стоит! — настаивала Тамара. — Ну-ка, хозяин, покажи, где у вас что хранится. — Шутливо, но уверенно взяв Алексея под руку, она повела его за собой.
Он позволил себя увлечь, смущённо и растерянно улыбаясь.
Ольга поспешно опустила взгляд.
Сама Тамара не совсем понимала, что происходит и зачем она затеяла эту, как ей казалось, совершенно ненужную кашу.
Её явно смутило то, что она увидела в доме Ольги.
Хотя они были ровесницами, Тамара всегда чувствовала себя моложе. В глубине души она представляла жизнь Ольги скучной, невыразительной, слишком однообразной.
Хотя знала, что у неё есть муж и сын, сдержанная Ольга никогда не делилась подробностями, поэтому Тамара привыкла не принимать это в расчёт. Представлялись им обоим какими-то обыденными и неинтересными.
Однако в действительности всё оказалось совсем иначе.
