Ольга никогда не воспринимала деньги как нечто личное.
С самой первой работы — в должности расчётчика в небольшой бухгалтерской фирме, куда она устроилась сразу после окончания колледжа, — она привыкла разделять зарплату на две части.
Меньшую тратила на проезд, продукты и насущные нужды.
Большую — отправляла маме.
Тамара Сергеевна не просила, а скорее напоминала.
Разница была существенной — просьбу можно было отвергнуть, напоминание же игнорировать было как-то неудобно.
Напоминания звучали примерно так: «Ольгочка, ты же понимаешь, как мне было нелегко.
Одна, с двумя детьми, отец ушёл и ни копейки не платил.
Я всё отдала вам».
Ольга понимала.
Кивала.
Переводила деньги.
Так продолжалось семь лет.
Брат Игорь жил с матерью и уже давно не работал — с тех пор, как три года назад по собственному желанию ушёл с завода, объясняя это тем, что «не нравится коллектив».
С тех пор он искал подходящую работу.
Поиски шли неспешно — Игорь мог целый день провести на диване с телефоном в руках, листая объявления в интернете, а к вечеру сообщать, что «ничего подходящего не встретилось».
Тамара Сергеевна относилась к этому с материнской снисходительностью: «Игорь разборчивый, он не пойдёт куда попало».
Ольга молчала.
Переводила.
Для себя же покупала немного.
Одежду приобретала лишь тогда, когда старая окончательно износилась.
Обедала на работе в более дешёвом варианте, чем могла позволить.
Отпуск не брала уже четыре года — не получалось финансово.
Подруги иногда удивлялись: должность у Ольги была достойной, зарплата внушительная — старший бухгалтер в производственной компании, семьдесят восемь тысяч в месяц.
Ольга объясняла это привычкой к экономии.
Это было правдой — но не совсем полной.
С Дмитрием они встретились на корпоративе, куда Ольга попала случайно — компания проводила совместный тренинг с партнёрами, и она оказалась за одним столом с незнакомцем из соседнего отдела.
Дмитрий работал в логистике, был немногословен, порой резок в суждениях, но в то же время внимателен.
Не показным вниманием, которое быстро проходит, а искренним.
Он запомнил, что Ольга пьёт чай без сахара.
Отметил, что она не любит шумных компаний.
На второй встрече заинтересовался книгой, которую она упомянула вскользь.
Ольга была удивлена и слегка растеряна — к такому вниманию она не привыкла.
Отношения развивались медленно, но очень естественно.
Без драм, без скандалов, без громких слов.
Дмитрий был из тех, кто предпочитает действия словам — он починил кран в её арендованной квартире раньше, чем она успела вызвать мастера, помог перевезти вещи, когда хозяйка подняла аренду и пришлось срочно искать новое жильё.
Ольга лишь поблагодарила и поймала себя на мысли, что давно никто не делал для неё ничего просто так, безвозмездно.
Он быстро заметил, как она живёт. — «Ольга, у тебя ведь нормальная зарплата, — однажды сказал Дмитрий, когда она отказалась пойти в ресторан, предложив готовить дома. — Ты экономишь осознанно или это просто привычка?» — «Привычка, — ответила Ольга. — С детства так. Мама учила, что лишнего тратить не стоит». Дмитрий кивнул, не стал углубляться. Ольга была этому рада.
Через год он сделал предложение — просто, без пафоса.
Они сидели на кухне у него дома, пили чай, и Дмитрий внезапно сказал: «Ольга, давай поженимся. Я серьёзно».
Девушка посмотрела на него.
Спросила: «Ты уверен?» Он ответил: «Я обычно не говорю, если не уверен».
Свадьба прошла скромно — около двадцати гостей, кафе на полдня, белое платье, которое Ольга приобрела со скидкой и до сих пор считала это своей маленькой победой.
Тамара Сергеевна приехала в новом костюме, вела себя с достоинством, Дмитрия назвала «неплохим парнем» — по меркам матери это был значительный комплимент.
Игорь выпил лишнего и к концу вечера уснул на стуле.
Для съёма выбрали квартиру в соседнем районе — сорок тысяч в месяц, однокомнатная, но уютная.
Ольга впервые за долгое время занялась обустройством чужого, но теперь уже своего жилья — купила шторы, посуду для кухни, поставила цветок на подоконник, разместила на полке совместное фото.
Жить стало казаться легче, правильнее, иначе.
Так длилось ровно восемнадцать дней после свадьбы.
На девятнадцатый позвонила Тамара Сергеевна. — «Ольгочка, — начала мать тем голосом, который Ольга знала с детства.
Этот тон не менялся годами — мягкий, но с металлической ноткой, как вата с проволокой внутри. — «Ты не забыла про этот месяц?»
Ольга сидела на кухне, Дмитрий был в душе.
Она отошла к окну и понизила голос: — «Мама, я помню». — «Ну и хорошо.
Игорь просил передать, что кроссовки совсем развалились.
И я ещё хотела…» — «Мама, давай позже поговорим, хорошо?
Дмитрий скоро выйдет». — «Так он не знает, что ты помогаешь матери?» — «Знает в общих чертах.
Потом расскажу». — «Ладно.
Но не забудь, Ольгочка.
Мне ещё за коммуналку платить».
Ольга перевела тридцать восемь тысяч гривен.
Это была привычная сумма — почти половина её зарплаты.
Переводила через приложение.
Уговаривала себя, что со временем сократит эту сумму.
Мама привыкнет.
Игорь найдёт работу.
Всё наладится.
Прошёл месяц.
Потом ещё.
Дмитрий был бережлив в деньгах — не жадный, а именно аккуратный.
Вёл учёт расходов в телефоне, предпочитал понимать, куда уходят средства.
Он честно внёс свою часть в аренду и общие траты — около сорока тысяч из своих восьмидесяти пяти.
Естественно рассчитывал, что Ольга сделает примерно то же самое. — «Ольга, — однажды вечером сказал он, — у нас в этом месяце снова не хватает на стоматолога.
Ты ведь записывалась?» — «Я перенесла». — «Уже второй раз переносишь.
Это недорого, нормальная клиника.
Что происходит?» — «Просто сейчас не очень удобно с деньгами».
