Тамара готовилась к Новому году без лишней суеты — аккуратно, продуманно, с тем, что действительно ценили в их доме.
Она не из тех, кто за неделю до праздника в панике носится по магазинам, скупая всё подряд.
Тамара заранее составила список, рассчитала бюджет, закупилась продуктами в два этапа — свежие овощи и зелень приобрела в последний день, остальное — раньше.
Готовила она то, что любили они с Игорем — домашний холодец на говяжьих ножках, который медленно томился на плите несколько часов, классический оливье с настоящей докторской колбасой, а не дешёвой ветчиной, запечённую курицу с розмарином и чесноком, селёдку под шубой, которую Игорь обожал с детства.
Никаких изысков вроде устриц или фуа-гра, но всё качественное, вкусное, сделанное с душой.
На столе стояли маринованные огурчики, которые она закатывала ещё летом, домашняя аджика от матери, ассорти из хорошего сыра и колбасы.
Просто, но со вкусом. — Там, может, ещё креветок купим? — спросил Игорь накануне, заглядывая в холодильник. — Зачем?
Мы их обычно не едим.
Зачем лишняя показуха? — Ну, для праздника… — Игорь, праздник — это когда вкусно и уютно, а не когда на столе только дорогие блюда, — улыбнулась Тамара, перемешивая салат.
Квартира была её собственностью, приобретённой ещё до брака, и она принципиально не позволяла превращать праздники в выставку богатства.
Тамара купила эту небольшую двушку семь лет назад, когда работала финансовым аналитиком в крупной компании.
Тогда она жила одна, и квартира стала её гордостью — первой собственностью, заработанной собственным трудом.
Она выплачивала ипотеку четыре года, экономя буквально на всём, и когда наконец закрыла кредит, устроила себе скромный праздник — купила торт и пригласила подруг.
Игорь переехал к ней уже после свадьбы, три года назад.
Тамара никогда не хвасталась тем, что квартира её, но и не допускала, чтобы дом стал местом для понтов.
Она не любила вычурность, искусственность, когда люди приобретают дорогие вещи не из-за любви к ним, а чтобы произвести впечатление.
Новый год для неё всегда означал семейный, спокойный, уютный праздник. Ёлка, гирлянда, запах мандаринов, старые фильмы по телевизору и стол с любимыми блюдами.
Не больше и не меньше. — Мам, мы будем вдвоём, — заранее предупреждал Игорь по телефону свою мать в середине декабря. — Встретим Новый год тихо.
Спокойно.
Тамара слышала этот разговор и была благодарна мужу.
Она не хотела проводить праздник в компании кого-то ещё — хотелось просто побыть с дорогим человеком.
Игорь сообщил, что его мать, Людмила Ивановна, зайдёт «буквально на час».
Это случилось тридцать первого декабря утром.
Тамара как раз раскладывала селёдку для шубы, когда зазвонил телефон Игоря.
Он посмотрел на экран, поморщился и вышел в коридор.
Тамара уловила обрывки разговора: — Мам, мы же договаривались…
Нет, я понимаю, но…
Ладно, хорошо, заезжай ненадолго…
Ну час, максимум два…
Да, конечно…
Он вернулся на кухню с виноватым выражением. — Там, это мама звонила… — Я поняла, — Тамара продолжала резать свёклу, не поднимая глаз. — Она говорит, что заглянет к нам вечером.
Ненадолго.
Просто поздравит, пожелает что-то и сразу поедет к сестре на ночь.
Буквально на час. — Игорь, мы же хотели вдвоём, — наконец посмотрела на мужа Тамара. — Я знаю, прости.
Но она настояла.
Говорит, что не видела нас месяц, хочет хоть мельком встретиться в Новый год.
Я не смог отказать.
Ты же понимаешь… — Понимаю, — вздохнула Тамара. — Час, говоришь? — Максимум два.
Клянусь.
Тамара кивнула, но внутри всё сжалось.
Она знала Людмилу Ивановну достаточно хорошо, чтобы понимать: легко не будет.
Тамара насторожилась, но решила не начинать вечер с напряжения.
Она продолжила готовить, стараясь не думать о предстоящем визите.
Людмила Ивановна была непростой женщиной — властной, привыкшей держать всё под контролем, с мнением по любому поводу.
Она постоянно находила, к чему придраться: то платье у Тамары не того фасона, то причёска слишком простая, то готовит она не так.
При этом всё это преподносилось под видом «заботы» и «добрых советов».
Тамара научилась пропускать мимо ушей большую часть замечаний, но в праздник, когда хочется радости и уюта, это было особенно тяжело.
Она поставила холодец застывать в холодильник, украсила салаты, красиво нарезала овощи, расставила всё на столе.
Всё выглядело по-домашнему уютно и аппетитно.
Ничего лишнего, но и ничего скромного.
Нормальный новогодний стол обычной семьи. — Красиво, — одобрил Игорь, осматривая накрытый стол. — Очень аппетитно выглядит. — Спасибо, — Тамара накрывала скатертью. — Надеюсь, твоей маме тоже понравится.
Но говорила это без особой уверенности.
Свекровь вошла в квартиру без приветствия, сразу оценивая стол строгим взглядом.
Людмила Ивановна появилась ровно в восемь вечера, когда уже стемнело и гирлянда на ёлке мерцала разноцветными огоньками.
Игорь открыл дверь, тепло поприветствовал: — Мам!
С наступающим!
