Моя мама тоже собирается переехать сюда, пробудет до холодов.
А Леночка с детьми как раз вышла в отпуск, поживут у нас около месяца.
Места хватит всем!
Не давая Алексею вставить ни слова, «десант» отправился на завоевание территории.
Тамара Сергеевна сразу же направилась на кухню. — Ой, сватья, — громко воскликнула она, передвигая кастрюли Нины Васильевны. — Ты тут как-то всё неаккуратно расставила.
И сковородки у тебя жирные.
Давай-ка мы всё тут переорганизуем!
Тем временем племянники с боевым кличем индейцев носились по зелёному газону, время от времени топча края свекровиных драгоценных луковых грядок.
Собака громко лаяла, гоняясь за бабочками.
Сестра Елена хозяйственным тоном устроилась в гостиной и включила турецкий сериал на максимальную громкость, объясняя это тем, что «на природе так хочется расслабиться под интересную историю».
На даче началось настоящее реалити-шоу на выживание.
Нина Васильевна лишилась своего диктаторского положения в первые же секунды.
Её распоряжения утонули в детском смехе и собачьем лаем.
Тамара Сергеевна на кухне неустанно критиковала каждый поступок сватьи, отвоёвывая себе место в холодильнике.
Телевизор работал без перерыва.
К вечеру воскресенья Алексей с дергающимся глазом пригласил жену в сторону. — Оля, это невозможно терпеть!
Что здесь творится?
Дети орут, твоя мама переставила мой мангал, собака выкопала яму у крыльца!
Пусть они уедут!
Ольга с сочувствием похлопала мужа по плечу и озвучила его же аргументы: — Алексей, ну это же моя мама!
У неё тоже давление, в городе ей душно.
Не могу же я ей отказать?
Потерпи.
А дети — это цветы жизни, им нужно бегать.
Ты сам говорил: дача — для семьи.
Муж оказался пойман в ловушку собственной логики.
Противостоять было нечем.
Шоу длилось ровно десять дней.
Нина Васильевна, привыкшая считать дачу своим личным санаторием с бесправной невесткой в роли прислуги, не выдержала конкуренции и постоянного шума.
В понедельник утром она вышла на крыльцо с собранным чемоданом.
Её лицо было мрачнее туч. — Алексей, заводи машину, — холодным голосом приказала она. — Вези меня в мою квартиру.
В этом безумном доме я больше ни минуты не останусь.
