Елена аккуратно убирала крошки со стола после ужина, когда Ольга Ивановна в очередной раз заметила, что пирог получился слишком сухим.
Свекровь сидела на краю дивана, сжатые губы выражали недовольство, а взгляд был полный оценки.
Рядом разместился Виктор Михайлович с газетой в руках, который делал вид, что читает, но явно прислушивался к беседе. — В следующий раз попробуй добавить больше масла, — продолжила Ольга Ивановна. — Иначе совсем невкусно выходит.
Елена сдержанно улыбнулась и кивнула.
Спорить со свекровью не имело смысла — всё равно она оставляла за собой последнее слово.
Три года брака научили Елену одному простому правилу: молчать и терпеть.
Она вышла замуж за Алексея, а не за его семью, какой бы навязчивой та ни была.
Алексей сидел в кресле, листая новости в телефоне.
Муж предпочитал не замечать язвительных замечаний матери, направленных в адрес жены.
Проще было делать вид, что ничего не происходит, чем вступать на защиту Елены и портить отношения с родителями. — Алексей, хочешь чаю? — спросила Елена, направляясь на кухню. — Угу, — пробормотал муж, не отрываясь от экрана.
На кухне царила тишина.
Елена включила чайник и оперлась о столешницу.
За окном сгущалась херсонская осень — дождливая, серая и тягучая.
Три года в этом городе.
Три года в этой квартире, куда каждый уикенд приходили Ольга Ивановна с Виктором Михайловичем, чтобы проверить, как живёт их сын.
И заодно раскритиковать невестку за готовку, уборку и стиль одежды.
Хуже всего были визиты золовки.
Марина, младшая сестра Алексея, считала своим долгом указывать Елене на все её недостатки.
То причёска не такая, то вес прибавила, то карьерный выбор неудачный.
Каждая встреча превращалась для Елены в испытание, после которого она чувствовала себя выжатой.
Телефон завибрировал.
Елена достала его из кармана — номер был незнакомым.
Она подумала, что это реклама, но всё же ответила. — Елена Сергеевна? — прозвучал женский голос. — Да, слушаю. — Говорит нотариус Татьяна Сергеевна из Одессы.
У меня для вас важная информация.
Вы могли бы подъехать к нам в офис?
Елена нахмурилась. — В чём дело? — Это связано с наследством.
Лучше обсудить лично.
Наследство.
Елена растеряно моргнула.
Какое наследство?
У неё не было богатых родственников.
Мама жива, здорова, живёт в Емильчино.
Отец умер давно, оставив после себя только трёхкомнатную квартиру, где сейчас проживает мать. — Хорошо, — тихо ответила Елена. — Я приеду.
Когда будет удобно? — Завтра в десять утра подойдёт? — Да, конечно.
Елена записала адрес, попрощалась и положила телефон на стол.
Сердце забилось учащённо. «Наследство в Одессе.
От кого?
И почему именно мне?» Утром Елена рано поднялась, собралась и отправилась в столицу.
Алексею сказала, что у неё дела, муж только кивнул, не проявляя особого интереса.
Дорога заняла около трёх часов.
Елена нервничала, перебирая в голове возможные варианты. «Возможно, ошибка?
Может, меня с кем-то спутали?» Нотариус встретила её приветливо.
Татьяна Сергеевна была женщиной около пятидесяти лет, с аккуратной причёской и в строгом костюме.
Она усадила Елену напротив себя и достала папку с документами. — Итак, Елена Сергеевна.
Вам досталась квартира от вашей родственницы по материнской линии — Любови Николаевны Семеновой.
Завещание оформлено в вашу пользу.
Елена пыталась вспомнить.
Любовь Николаевна.
Похоже, это была какая-то двоюродная бабушка.
Мама иногда упоминала её, но близких отношений у них не было.
Встречались пару раз на семейных праздниках, и всё. — Квартира находится в Одессе, — продолжила нотариус. — Двухкомнатная, район Сокол.
Вот документы.
Елена взяла бумаги дрожащими руками.
Читала и не могла поверить.
Квартира.
В Одессе.
Ей.
Просто так. — Но… почему именно я? — тихо спросила Елена.
Татьяна Сергеевна пожала плечами. — В завещании указано, что Любовь Николаевна хотела передать жильё молодой родственнице, у которой вся жизнь впереди.
Других близких у неё не было.
Только вы.
Елена покинула контору словно в тумане.
Села в машину, положила документы на пассажирское сиденье и некоторое время просто смотрела в одну точку.
Квартира.
Одесская квартира.
Возможность начать всё с чистого листа.
Возможность уехать из Херсона, от постоянных придирок свекрови и золовки.
Адрес квартиры был в документах.
Елена завела машину и отправилась её осматривать.
Район действительно оказался приятным — широкие улицы, старинные дома, рядом парк.
Множество магазинов, кафе, метро в пяти минутах ходьбы.
Елена поднялась на четвёртый этаж, открыла дверь ключом, который дала нотариус.
Внутри пахло затхлостью.
