– Есть кто-нибудь в доме? Немедленно выходите, иначе я звоню в полицию! – Наталья замерла посреди садовой дорожки, крепко сжимая в ладони телефон. Калитка была настежь открыта, хотя три месяца назад они с Андреем уезжали отсюда последними, и муж у неё на глазах два раза проверял, заперт ли замок.
У крыльца стояла чужая женская обувь. На бельевой верёвке покачивались полотенца, которых Наталья точно здесь не оставляла, а из распахнутого кухонного окна лилась музыка. Было ясно: кто-то расположился в доме давно и чувствует себя не как случайный нарушитель, а как полноправный хозяин.
Наталья уже набрала номер службы экстренной помощи, когда входная дверь скрипнула. На пороге появилась Оксана, жена младшего брата Андрея. В руке она держала чашку кофе и выглядела так, будто её застали не на чужой даче, а в собственной кухне.
– Наталья? Вот так неожиданность! А ты почему приехала?
В её голосе звучало такое неподдельное изумление, словно именно Наталья ворвалась без предупреждения в чужое жильё. Почти сразу за Оксаной вышел Вадим, на ходу застёгивая рубашку.
– Может, вы всё-таки объясните, что здесь происходит? – Наталья опустила телефон, но с места не двинулась.
Вадим лишь развёл плечами. По его словам, Андрей сам разрешил им пожить здесь несколько дней, раз дом всё равно пустует и никому не нужен.
Объяснение, надо признать, могло быть правдой. Андрей и раньше сначала выручал родню, а потом уже вспоминал, что неплохо бы поставить жену в известность.
Наталья почти заставила себя успокоиться, но тут её взгляд упал на связку ключей возле двери. Один ключ явно был новым: с ярко-синей пластиковой головкой. Их собственные комплекты давно потемнели от времени и оба были чёрными.
– Это ещё откуда взялось?
Вадим на миг задержал глаза на связке, затем беспечно усмехнулся. Сказал, что сделал дубликат, чтобы не бегать за единственным комплектом.
– Андрей был в курсе?
– Наташ, ну какая разница? – в голосе Вадима уже проскользнуло раздражение. – Не может же вся семья зависеть от одного ключа.
Именно слова «вся семья» неприятно кольнули Наталью. Будто дом, который они с Андреем обустраивали годами, вдруг автоматически превратился в общее имущество. Но устраивать скандал из-за цвета пластиковой головки она не стала.
К вечеру стало очевидно: родственники не просто заехали на пару дней, а устроились с размахом. Они заняли хозяйскую спальню, переложили вещи в шкафу по своему усмотрению и даже вынули из серванта дорогой сервиз, который Наталья доставала только по большим праздникам.
Когда она спросила Оксану, почему понадобилось селиться именно в их комнате, та удивилась так искренне, будто вопрос был странным. Там, видите ли, матрас удобнее. А через неделю они всё равно уедут, и тогда, как выразилась Оксана, «всё опять станет твоим».
– Оно и сейчас моё, – ровно сказала Наталья.
Оксана промолчала, но недовольство в её взгляде Наталья заметила прекрасно. И вдруг в собственном доме она почувствовала себя лишней – человеком, который мешает другим спокойно отдыхать.
Утром кухня выглядела так, будто там завтракал не семейный дуэт, а шумная компания человек на десять. В раковине громоздилась грязная посуда, стол был усыпан крошками, а от бассейна через гостиную тянулись мокрые следы.
Наталья попросила прибрать после себя. Вадим пообещал заняться этим «чуть позже», а Оксана даже головы от телефона не подняла.
К вечеру всё осталось как было. И тогда Наталья решила: раз гости так охотно называют себя семьёй, пользоваться семейными удобствами только в свою пользу у них не выйдет.
В семь утра она разбудила обоих и сообщила, что до жары нужно закончить дела в огороде. Выражения лиц родственников вполне окупили ранний подъём.
Вадим таскал тяжёлые мешки с землёй, Оксана пропалывала клубнику, а Наталья занималась пересадкой цветов. Спустя пару часов вчерашнее восхищение загородной жизнью у незваных отдыхающих заметно поугасло.
Оксана наконец разогнулась, с недовольной гримасой потерла поясницу и спросила, неужели Наталья каждый раз именно так отдыхает на даче.