Светлана наткнулась на чек совершенно случайно — он лежал в кармане зимней куртки. Бумажка была слегка помятая, но всё читалось ясно: ресторан у набережной, два бокала вина, десерт. Дата — прошлая пятница. Именно в тот вечер Дмитрий уверял, что задержался на работе почти до ночи. Светлана несколько раз перевернула чек в руках, затем так же осторожно сунула его обратно.
Дмитрий пришёл домой около семи. Ключи звякнули о полку в прихожей, потом он, не задерживаясь, направился на кухню. Светлана стояла у плиты и помешивала рагу. Услышав шаги, она повернулась и улыбнулась — спокойно, мягко, будто ничего не произошло.
— Устал? — спросила она.
— Ужасно, — бросил он, даже не посмотрев в её сторону. — Поесть есть что-нибудь?
— Минут через десять будет готово. Пока садись.
Он опустился за стол и сразу уткнулся в экран телефона. Светлана смотрела на его затылок. Сначала она мысленно досчитала до десяти. Потом до двадцати. Потом сбилась и перестала.
— Дмитрий, а где ты был в пятницу? — произнесла она как можно ровнее. — Просто спросила.
— Я же объяснял, — он не поднял глаз. — Дела затянулись. Потом с ребятами разговорились. А что?
— Ничего. Интересно стало.
Она поставила перед ним тарелку. Дмитрий ел молча, почти не отрываясь от телефона. Светлана сидела напротив и маленькими глотками пила воду. Внутри у неё ещё теплилось слабое, упрямое желание ошибиться. Может, чек оказался чужим. Может, он случайно попал в карман. Может, всему найдётся простое и безобидное объяснение.
Утром следующего дня позвонила свекровь. Дмитрий снял трубку, коротко ответил и передал телефон Светлане. В динамике сразу прозвучал знакомый сухой голос.
— Светлана, в субботу я заеду к вам. Нужно забрать зимние вещи Дмитрия.
— Конечно, Галина Сергеевна. Приезжайте, буду рада.
— Радоваться не обязательно, — резко сказала та. — Просто будь дома.
Светлана отключила звонок и посмотрела на мужа. Дмитрий лишь пожал плечами.
— Ты же знаешь маму. Она всегда так разговаривает. Не бери в голову.
— Я и не беру. Уже привыкла.
— Ну и отлично.
Отлично. Светлана повторила это слово про себя, и оно будто царапнуло изнутри. Шесть лет брака. Шесть лет вежливых улыбок, бесконечного терпения и попыток понравиться женщине, которая всё это время смотрела на неё так, словно Светлана была досадной ошибкой в жизни её сына.
Вечером она набрала сестру. Ольга ответила почти сразу, будто ждала звонка.
— Свет, как ты?
— Нормально. Слушай, возможно, я сама себя накручиваю. Нашла чек из ресторана. Там два бокала вина. А он говорил, что задержался.
— Ты ему веришь?
— Я хочу поверить.
— Это не одно и то же. И ты сама это понимаешь.
— Понимаю. Но я не из тех, кто лазит по чужим телефонам. Пока просто посмотрю, что будет дальше.
— Смотри, — тихо сказала Ольга. — Только не затягивай. Иногда ожидание — это уже не надежда, а привычка терпеть.
Светлана завершила разговор и ещё долго сидела на кухне в полной тишине. Потом убрала посуду со стола, погасила свет и пошла спать.
Суббота пришла незаметно. Галина Сергеевна появилась ровно в двенадцать — не раньше и не позже. Войдя в квартиру, она медленно оглядела прихожую, как инспектор, оценивающий чужую работу, и только потом сняла пальто.
— Чай будете? — спросила Светлана.
— Воду. Негазированную. С лимоном, если он у вас есть.
— Есть.
Светлана принесла стакан воды. Галина Сергеевна уже сидела в гостиной, выпрямив спину, и смотрела перед собой с таким видом, будто находилась не в гостях, а на проверке. Дмитрий тем временем возился в спальне, перебирая вещи в шкафу.
— Светлана, — начала свекровь, не меняя тона, — скажу прямо. Мне не нравится, как ты следишь за домом. На ковре крошки, цветы пересохли, раковина вся в разводах.
— Галина Сергеевна, я вчера убиралась, — спокойно ответила Светлана. — Но если вам кажется, что этого мало, я учту.
— Мне не кажется. Я вижу.
Светлана кивнула. Именно в эту секунду телефон Дмитрия, оставленный на журнальном столике, завибрировал. Экран вспыхнул. Она вовсе не собиралась туда смотреть. Но уведомление появилось крупно, прямо перед глазами, а имя отправителя — «Кристина» с сердечком — само бросилось в глаза.
Сообщение было коротким: «Малыш, я скучаю. Когда приедешь? Юлия спрашивает, приведёшь ли друга для неё».
Светлана не двинулась с места. Она стояла с подносом в руках, на котором лежали тонкие кружочки лимона и салфетки. Мир не рухнул и не перевернулся.