Он установил на мой телефон приложение, которое отслеживало количество шагов и съеденных калорий. Но самое страшное началось, когда он взялся за мой бюджет.
— Лена, ты тратишь слишком много на косметологов и одежду. Это тщеславие. Нам нужны средства на качественную биомедицину и чекапы в частных клиниках.
Я стала замечать, что он не просто заботится. Он изолирует меня. Мои подруги перестали заходить, потому что Виктор читал им лекции о вреде кофе и сплетен. Мой сын после одного из визитов сказал:
— Мам, он на тебя смотрит не как на женщину, а как на лабораторную крысу. Беги от него.
Но я была как в гипнозе. Мне казалось, что если я съем конфету, я упаду замертво. Его авторитет стал абсолютным.
Часть 3: Тайный архив
Развязка наступила внезапно. Однажды Виктор забыл заблокировать свой ноутбук. Я искала рецепт какого-то «очищающего взвара», но наткнулась на папку с названием «Объекты».
Там были файлы. «Объект №1 — Марина», «Объект №2 — Светлана». И я — «Объект №3».
Я открыла свой файл. Это был не дневник любви. Это был журнал техобслуживания.
«24 марта. Вес 78. Сопротивление контролю среднее. Применена тактика запугивания сердечным приступом. Эффективно».
«12 апреля. Попытка несанкционированного употребления глюкозы (торт). Объект подавлен эмоционально. Внушена вина».
Но ниже была заметка, от которой у меня заледенела кровь:
«Прошлый Объект №2 (Светлана) вышла из строя через два года. Глубокая депрессия, полный отказ от личной воли. Квартира переписана на фонд ‘Долголетие’, где я являюсь учредителем. Светлана переведена в пансионат. Лена (Объект №3) обладает более сильным ресурсом, сопротивление продлится дольше, но активы на Проспекте Мира того стоят».
Он не был ЗОЖ-фанатиком. Он был профессиональным «черным» опекуном, который использовал психологию здорового образа жизни как инструмент для подавления воли одиноких, обеспеченных женщин.
Он не берег мое здоровье. Он консервировал мой «актив», чтобы в нужный момент присвоить его, доведя меня до состояния овоща, не способного принимать решения.
Часть 4: Последний ужин
Я закрыла ноутбук. Мои руки больше не дрожали. Страх исчез, уступив место ледяной ярости бухгалтера, обнаружившего чудовищную недостачу.
Вечером Виктор вернулся с очередной пробежки.
— Лена, почему ужин не на столе? Сегодня по плану кабачки.
Я сидела за столом. Перед ним стояла тарелка с ароматным, жирным, жареным мясом и горой картошки фри. Рядом лежала пачка сигарет и открытая бутылка коньяка.
— Что это за мерзость? — он брезгливо поморщился. — Ты сошла с ума? Ты убиваешь себя!
— Нет, Витя, — я улыбнулась, наливая себе янтарную жидкость. — Я праздную.
— Что именно?
