Сначала Андрей не сразу узнал Олю: настолько она похорошела и изменилась.
Она уже обладала всем, что положено иметь женщине её возраста, которая добилась успеха: привлекательностью, собственной квартирой, иномаркой и престижной должностью.
Детей у неё не было.
Когда Андрей увидел Олю — теперь она называлась Тамарой Сергеевной — у него словно остановилось сердце и упало куда-то в живот, будто там находилась его душа.
Саша Иванов стоял у окна и наблюдал за проходящей по двору соседкой Олей: девушка направлялась на занятия в вуз — они знали друг друга с самого раннего детства.
Они даже ходили в одну детсадовскую группу.
В то утро в детском саду мальчик был занят важным делом: строил домик из конструктора, когда вдруг почувствовал удар по затылку — позади стояла Оля Литвинова с детским пластмассовым молоточком, издающим противный звук при ударе.
Молоточек глухо квакнул и отскочил от кудрявого затылка Саши.
Мальчик покрутил у виска палец, как это обычно делал его дед, и коротко спросил: — Чего тебе? — Давай поженимся, Иванов! — предложила девочка. — Не хочу: ты дерешься, — ответил Саша, рассуждая здраво. — Когда поженимся, я перестану! — Оля вела себя как настоящая женщина, умело торгуясь.
— Нет! — коротко отрезал детсадовец Иванов, имея для отказа веские причины.
Если бы он был чуть старше, то наверняка вспомнил бы известную песню, где есть всё, что нужно, включая про паспорт, который герой собирался съесть возле ЗАГСа.
Но мальчик был ещё слишком мал, поэтому ограничился простым «Нет». — Ну, давай, — протянула девочка. — Вместе играть будем.
А то скучно мне, а братика родители не покупают.
— А у тебя есть братик? — спросил Саша про себя. «Какая наивная, — подумал мальчик, — разве бабам с дедами продают братиков?» Его родители погибли три года назад в автокатастрофе.
А бабушка с дедом жили плохо: после смерти дочери, мамы Саши, дед стал пить.
Иногда он даже поднимал руку на бабу Людмилу.
А они ведь были женаты.
Значит, если мальчик женится, есть риск превратиться в такого же неприятного старика.
Да, логика была верна: жениться не стоит!
К тому же не придется делить с женой мороженое и игрушки.
Успокоенный тем, что поступает правильно, Саша продолжил строить домик.
В трезвом состоянии дед был вполне нормальным человеком — тем Виктором, которого любила баба Людмила.
Он читал внуку сказки перед сном, водил на батуты и учил буквы.
Но всё менялось после приёма алкоголя. «Перед лапшой — по большой!» — говорил дед и наливал водку, а через пять минут за столом уже сидел совершенно другой человек.
В хрупком теле неожиданно появлялись силы — однажды дед даже расколол кулаком старую советскую аптечку из эбонита, что висела на стене.
Волосы вставали дыбом, придавая ему сходство пьяного одуванчика.
Изо рта сыпались нехорошие слова.
О том, что они были нехорошие, мальчику объяснили после одного случая.
