Картон оказался пустыми коробками из-под бананов, плотными, с магазинными надписями на боках.
— Ты что, до сих пор не собрана, копуша? — объявила Наталья Игоревна прямо с порога, блеснув яркой свежей помадой.
Марина вышла из спальни и остановилась в коридоре, сложив руки на груди.
— Доброе утро. И что вас сюда привело?
— Антон сказал, что ты рогом уперлась, — свекровь говорила так, будто пришла не в чужую квартиру, а на собственную кухню. — Вот я и решила помочь. Вещички твои уложим, чтобы ты моему сыну нервы не мотала. Ему сейчас покой нужен. Новый этап в жизни, между прочим.
Она скинула туфли прямо на коврик у двери и, не спрашивая разрешения, прошла на кухню. Коробки шлепнулись на пол, а Наталья Игоревна уже тянулась к верхнему шкафчику гарнитура.
— Ага, вот они, — деловито сказала она, доставая тарелки. — С золотым ободком. Я вам их на пятую годовщину дарила.
Посуда одна за другой стала появляться на столе.
— Их тоже в коробку. Не заслужила ты из такого сервиза есть.
— Наталья Игоревна, верните сервиз обратно, — спокойно произнесла Марина, прислонившись плечом к косяку.
— Еще чего захотела! — фыркнула свекровь. — Мой сын на тебя лучшие годы угробил. Молодость рядом с тобой оставил. И что получил?
— Я, например, готовила ему борщи и закрыла половину долга по ипотеке вашей дочери, когда ее муж остался без работы. Или это уже стерлось из памяти?
Губы Натальи Игоревны недовольно дернулись, но тарелку она из рук не выпустила.
— Семья для того и есть, чтобы помогать! А ты всегда над каждой гривной тряслась. Антон у меня мужчина видный, с будущим. Ему рядом поддержка нужна была.
— Поддержка в лице Валерии? — с холодной усмешкой уточнила Марина.
— Валерия хорошая девочка, — отрезала свекровь. — Воспитанная, из нормальной семьи. Она Антона уважает. Не то что ты — вечно пилила и командовала.
Не дожидаясь ответа, Наталья Игоревна переключилась на кухонную технику. Схватила со столешницы дорогой блендер и принялась запихивать его в коробку, даже не выдернув вилку из розетки.
— Блендер оставьте, — жестко сказала Марина и шагнула ближе.
— Антон покупал! На свои честно заработанные!
— Это подарок от коллег на мое сорокалетие. Положите на место. Иначе я сейчас вызываю полицию и оформляю заявление о краже.
Свекровь с раздражением бросила прибор обратно на край стола. Кофта из старого кримплена натянулась у нее на плечах, когда она уперла руки в бока.
— Здесь твоего только то, что на тебе надето! — выпалила она. — Квартира куплена в браке! Антон тут паркет укладывал! Унитаз своими руками ставил!
— Унитаз ставил мастер из коммунальной службы, которому я заплатила из своей премии, — ровным голосом напомнила Марина.
— Все в дом тащилось! Все общее! — не сдавалась Наталья Игоревна.
Она рванула на себя ящик и принялась выгребать столовые приборы. Ложки и ножи зазвенели так громко, будто на кухне кто-то рассыпал горсть металла.
— Лучше бы вы собирали вещи Антона, — сказала Марина. — Он сообщил, что сегодня заедет. Вот пусть и забирает свои рубашки вместе с зимней резиной с балкона.
— Он приедет в свою квартиру! — выкрикнула свекровь. — А ты отсюда вылетишь, как миленькая!
Марина промолчала. Она просто смотрела, как женщина, которая пятнадцать лет называла ее дочкой, с хозяйским видом перебирает вилки.