Тамара неодобрительно глядела на девушку, сидевшую напротив неё в электричке.
Маленькая ещё совсем, лет, наверное, шестнадцать, а ведёт себя так же.
Юбка слишком короткая, высокие каблуки, лицо ярко разрисовано, понятно, кем.
Но хуже всего в этой нелепой девчонке был её новомодный телефон, который она почти не выпускала из рук.
Раньше ведь было иначе: едешь в электричке, разговоришься с соседом, и не заметишь, как доедешь.
А сейчас все уткнулись в свои гад… гаджеты, и поговорить с кем-то невозможно.
Вот и с этой пыталась завязать разговор: не помогало!
Ни про погоду, ни про время, ни про дачные хлопоты спросить.
Девочка отвечала коротко и сухо, словно её отвлекают от чего-то очень важного.
И зачем она вообще в такое время едет?
Это последняя электричка, кроме них в вагоне никого нет.
Ладно, Тамара сама задержалась у сына.
Он, конечно, предлагал остаться в Киеве на ночь, но как-то неудобно было.
Парень только полгода женат, не хочется мешать молодым.
Да и если слишком часто так оставаться ночевать, внуков ждать не придётся.
Из этих мыслей Тамару внезапно вывела резкая остановка поезда.
Электричка дернулась, и девочка полетела прямо на Тамару, а телефон — в противоположную сторону. — Прошу прощения.
Чёрт!
Первое извинение было адресовано Тамаре.
Второе — явно к телефону, который приземлился экраном вниз.
И, судя по реакции девушки, аппарат никак не хотел включаться.
Она трясла его, пыталась уговорить заработать — всё было безрезультатно. — Вот прямо жить не можете без своих телефонов, — не выдержала Тамара. — Если бы не сидели в нём всё время, может, и цел остался бы. — А вам-то что? — резко ответила девчонка.
На такое хамство вообще не хотелось реагировать.
В итоге Тамара промолчала.
Но её лицо красноречиво выражало всё, что она думала.
И о ситуации в целом, и о привычках современной молодёжи.
Внезапно сверху донёсся голос.
Противный, механический, с перебоями: — По техническим причинам поезд дальше не поедет.
