Во вторник я отправилась в местное энергосбытовое предприятие и официально расторгла договор.
Дом быстро отключили от электросети.
Без электричества загородное жилье превращается в бесполезный объект: насос перестает качать воду из скважины, ворота остаются закрытыми, а бойлер не нагревает воду.
Однако ключевым моим преимуществом была юридическая тонкость.
Еще два года назад, когда вложения стали слишком значительными, я убедила Алексея оформить официальный договор аренды.
Мое ИП арендовало эту дачу на 49 лет по символической цене — сто гривен в месяц.
Договор обязательно регистрировался в Росреестре.
Алексей тогда не стал возражать и подписал документы.
В договоре был прописан строгий штраф за расторжение по инициативе собственника — пять миллионов гривен.
В субботу свекровь отправилась на дачу, чтобы показать ее потенциальным покупателям — похвастаться «родовым гнездом» и быстро превратить его в наличные.
В 12:15 мой телефон зазвонил и завибрировал.
Звонила Марина Викторовна. — Оля! — в трубке слышался истеричный крик, на фоне которого раздавался тяжелый, пугающий лай собаки. — Что происходит?!
Почему нет электричества?!
И убери этого монстра!
Я открыла мессенджер.
Наша соседка по даче, баба Нина, с которой я договорилась заранее, всего пять минут назад отправила мне колоритное фото, сделанное через забор.
Сцена выглядела как картина мастера.
Марина Викторовна вместе с каким-то толстым мужчиной с папкой в руках прятались на склоне крыши старого дровяника.
Внизу медленно ходил Барс — наш огромный кавказский овчар.
Я специально оставила его гулять свободно, зная, что баба Нина его хорошо покормит.
Пес отлично знал свою территорию и не пускал чужаков.
Гости смогли пройти через калитку, но дальше пройти не смогли. — Доброе утро, мама, — мягко произнесла я. — Что случилось?
Вы же хотели родовое гнездо — вы на его территории.
Я отключила электричество, ведь я уже не владелица, а чужие счета мне ни к чему. — Мы слезть не можем! — кричала свекровь. — Мы приехали показывать дачу, а тут нет ни света, ни воды, и этот зверь хочет нас растерзать! — Показывать?
Кому? — я нажала на кнопку записи разговора. — Покупателю! — вырвалось у нее. — Я хотела ее продать!
Мне нужны деньги!
