Рекламу можно отключить с подпиской Дзен Про — тогда она исчезает из статей, видео и новостей. — Что это? — спросила я, хотя и так знала ответ. — Витамины, — ответила свекровь с таким трепетом, словно говорила о чудодейственных таблетках бессмертия. — Они полезны для женского здоровья.
Особенно для беременных и тех, кто планирует стать мамой.
Баночка была розового цвета, с изображением младенца на этикетке.
Мы ужинали.
Алексей сидел напротив, опустив взгляд и сосредоточенно уставившись в тарелку (или, возможно, под стол).
Проще говоря, он не смотрел на меня, а просто прятал глаза.
Он всегда так себя вел в присутствии матери, как испуганный кролик перед удавом, честное слово. — Я не беременна, — заявила я. — И пока не собираюсь.
Зачем мне эти витамины?
Свекровь вздохнула, но в её реакции не было особой искренности.
В каждом её движении читалось позерство, стремление произвести впечатление.
Хотя, наверное, ей действительно хотелось внуков.
Но не из любви к детям и желания ими заниматься.
А потому что «так положено», «так принято», «так делают все».
Если же у тебя по-другому, ты становишься белой вороной, предметом сплетен, насмешек и жалости.
Представьте себе женщину пятидесяти трех лет, работающую бухгалтером на мясокомбинате, с лицом человека, уверенного в своей правоте.
Это и есть моя свекровь, Тамара Сергеевна.
Услышав мой решительный ответ, она посмотрела на меня так, будто я только что призналась в намерении сменить пол. — Как не планируешь?
Вы ведь уже замужем пятый год!
Когда собираешься рожать?
Время не ждет, часы тикают! — У меня учеба.
Потом будет отработка по целевому договору, — объяснила я. — Минимум три года. — А у Ольги с пятого этажа в прошлом месяце тройня родилась.
Тройня! — свекровь села за стол, положила себе селедку и начала аккуратно выбирать мелкие косточки вилкой. — А у тебя отработка!
Время уйдет, захочешь детей — будет уже поздно.
Алексей продолжал молчать и не отрывал взгляда от тарелки. — Понимаете, я не против детей, — сказала я. — Я собираюсь стать педиатром.
Я люблю детей, пять лет учусь, чтобы лечить их.
Но одно дело — любить чужих малышей, которых можно вылечить и вернуть родителям.
И совсем иное — рожать своего ребенка в съемной комнате с фанерной перегородкой, за которой свекор храпит и во сне бормочет что-то про карбюратор.
