Алексей расположился на диване, когда вдруг зазвонил телефон.
Он лежал неподалёку на журнальном столике, и на экране засветилось имя дочери.
Мужчина сразу же протянул руку к аппарату, словно ожидал этот звонок.
Он даже не успел произнести ни слова, как его выражение лица мгновенно изменилось: губы сжались, брови нахмурились, и он так резко вскочил, что диван заскрипел.
В это время Тамара мыла посуду.
Шум воды и звон тарелок заполняли комнату, поэтому она сначала не обратила внимания на мужа.
Однако, повернув голову, она заметила, что Алексей уже накинул куртку, неуклюже засунул руку в рукав и спешит, будто опасается опоздать. — Алёша, куда ты? — позвала она из кухни. — Юлия звонила, — ответил он, застёгивая молнию. — Попросила приехать и забрать её.
Она устала от постоянных ссор.
Муж уже подошёл к двери, взялся за ручку, но вдруг остановился, словно вспомнил что-то важное.
Он усмехнулся криво и, словно насмехаясь, произнёс: — А ты у нас всё равно хороший зять.
Вот тебе и хороший.
Вспомни, что я говорил тебе о нём.
Если бы мы с Юлией только послушали меня… Дверь захлопнулась.
Тамара осталась одна посреди кухни, затем выключила воду, вытерла руки о фартук и медленно опустилась на стул.
Кухня вдруг показалась ей пустой и стеснённой.
Часы над холодильником громко отсчитывали секунды.
Десять лет назад у них с мужем уже были серьёзные разногласия, когда дочь впервые привела домой своего жениха.
Тогда Юлия заранее предупредила, что придёт не одна, и в течение всего дня Тамара суетилась: протирала пыль, мыла полы, пекла пирог, доставала праздничные тарелки.
Алексей ходил хмурый, ворчал, что все эти приготовления бессмысленны, но всё же молча помогал: вынес мусор, сходил в магазин, принёс торт.
Игорь появился точно в назначенное время.
Высокий, подтянутый, в аккуратной куртке и с уверенной улыбкой.
Он крепко пожал руки каждому, посмотрел в глаза.
За столом он держался свободно, рассказывал о себе, о своих родителях, работе и увлечении спортом.
Говорил легко, шутил, а Юлия сияла рядом, постоянно поглядывала на него и поправляла волосы.
Тамара даже заметила, что ей приятно слушать его.
В доме давно не было таких живых разговоров.
Алексей отвечал коротко, больше кивал, чем говорил.
Игорь же поддерживал любую тему, задавал вопросы, не перебивал, вовремя смеялся.
Тамара подумала тогда, что дочери повезло: не будут вечерами молчать, погружённые в свои мысли.
Когда молодые ушли, в доме воцарилась необычная тишина.
Алексей молча убрал со стола, сложил тарелки, сел напротив Тамары и только потом заговорил.
Он говорил резко, прямо, доказывая, что парень ненадёжный, слишком уж гладкий и обходительный.
Тамара вспылила, слова сыпались одно за другим, разговор быстро перерос в крик.
Алексей говорил о дочери, Тамара о себе, и каждый слышал лишь своё.
В конце концов она сказала, что не стоит вмешиваться, дочь взрослая и сама разберётся.
