Следом в чате появилась реплика Веры Павловны:
«Дмитрий, не устраивай цирк. Мы уже договорились».
Муж несколько секунд смотрел на экран, потом набрал спокойно и коротко:
«Это не шутка. Мы уезжаем. Завтра никого принять не сможем».
Юлия почти сразу прислала злой смайлик, а потом добавила:
«Ну конечно. Посмотрим, как ты свою мать на пороге оставишь».
Дмитрий молча повернул ко мне телефон.
— Они уверены, что я просто пугаю.
— Значит, пусть прочитают ещё раз, — ответила я. — Вслух и внимательно.
Он попытался позвонить сестре, но та моментально сбросила вызов. Набрал мать — без ответа. После этого мы решили больше ничего не доказывать. Предупреждение было. Спорить с людьми, которые слышат только себя, не имело смысла.
Вечером тридцать первого декабря мы приехали к моим родителям.
Снег опускался тихо, крупными хлопьями. В окнах их дома мягко мерцали гирлянды, возле крыльца стояла маленькая наряженная ёлка, а из кухни тянуло тёплым запахом выпечки и чего-то домашнего, праздничного.
Мама открыла дверь в фартуке и сразу всплеснула руками:
— Наконец-то! Быстро заходите, вы же, наверное, замёрзли!
Папа вышел следом и помог Дмитрию занести пакеты. Мы привезли фрукты, сыр, рыбу, сладости и подарки.
— Да зачем вы столько набрали? — мама покачала головой. — У нас еды хватит до Рождества.
— Мам, мы тоже хотели быть полезными, — сказала я.
Она улыбнулась и тут же распорядилась:
— Раз хотели — будете помогать. Дмитрий, идём со мной, покажу, как мясо поставить. А Наталья пусть немного посидит, отдохнёт.
Я даже рассмеялась.
— Мам, ты это серьёзно?
— А почему нет? Взрослый мужчина, справится.
Дмитрий улыбнулся, снял куртку и послушно пошёл за ней на кухню. Через полчаса они уже вдвоём занимались мясом, а мы с папой развешивали украшения в гостиной.
И самое удивительное — никто не дёргал меня каждые пять минут. Никто не требовал срочно нарезать ещё один салат. Никто не спрашивал с упрёком, почему на столе нет икры. Никто не заглядывал через плечо, проверяя, правильно ли я готовлю горячее.
Впервые за много лет я почувствовала не усталость перед праздником, а сам праздник.
Ближе к одиннадцати мы сели за стол. Мама поставила пирог, папа открыл шампанское, Дмитрий как раз рассказывал какую-то смешную историю с работы, и все смеялись.
В этот момент у него зазвонил телефон.
Он взглянул на экран и коротко сказал:
— Юлия.
Мне даже не нужно было объяснять, зачем она звонит.
Дмитрий ответил:
— Да, Юль.
Из динамика тут же донёсся такой вопль, что его услышали все за столом:
— Дмитрий! Вы где?!
— У родителей Натальи.
— Ты вообще в своём уме?! Мы стоим у вашей двери!
Муж прикрыл глаза, будто заранее знал, что услышит именно это.
— Юлия, я вчера написал, что нас дома не будет.
— Я думала, ты прикалываешься!
— С чего вдруг?
— Потому что нормальные люди так не делают! Мы с детьми приехали, мама здесь, Алексей с работы еле вырвался! А у вас закрыто!
— Я предупреждал.
— И что нам теперь делать?!
Дмитрий посмотрел на часы. До полуночи оставалось сорок пять минут.
— Езжайте домой.
— Домой?! У нас ремонт!
— Юлия, вы же там живёте. Значит, и Новый год там встретить сможете.
— У нас даже еды нет!
Дмитрий нахмурился.
— А почему вы ничего не купили?
— Потому что мы ехали к вам!
— То есть вы планировали приехать впятером, с пустыми руками, и просто сесть за готовый стол?
На другом конце на секунду стало тихо. Потом Юлия возмущённо фыркнула:
— А что такого? Наталья ведь всегда готовит. Ей что, сложно?
Я увидела, как у Дмитрия изменилось лицо.
Раньше в такой момент он наверняка начал бы оправдываться. Предложил бы заехать за ними, придумал бы запасной вариант, пообещал бы всё решить. Но сейчас он только спросил ровным голосом:
— Юлия, а почему ты сама не приготовила?
— У меня ремонт!
— Можно было заказать готовую еду.
— У меня что, лишние деньги?
— А у Натальи лишние? И силы у неё лишние? И время?
— Дмитрий, ты мне сейчас нотации читать собрался?!
— Нет. Я просто объясняю, почему мы уехали.
Юлия сорвалась на крик:
— Ты родную мать оставил под дверью! В Новый год!
— Я никого не оставлял. Я заранее сказал, что нас не будет дома.
— Да кто бы тебе поверил?!
Дмитрий ответил спокойно:
— Надо было поверить.
И завершил разговор.
Минуты через две телефон зазвонил снова. На экране высветилась Вера Павловна.
Дмитрий поднялся и вышел в коридор, но дверь оставил не до конца закрытой, поэтому часть разговора доносилась до нас.
— Мама, с наступающим, — сказал он.
— Не смей меня поздравлять! — голос Веры Павловны звенел от возмущения. — Ты понимаешь, что ты устроил?
— Мам, я ничего не устраивал.
— Мы стоим возле закрытой квартиры! С детьми! На морозе!
— Тогда садитесь в машину и возвращайтесь домой.
— Как тебе не стыдно?
Дмитрий немного помолчал.
— Мам, а тебе не стыдно, что вы даже не спросили Наталью, готова ли она принимать гостей?
— Она твоя жена! Её обязанность — поддерживать отношения с твоей семьёй!
— Поддерживать отношения — это не значит накрывать стол на семерых.
— Я в твоём возрасте всю жизнь гостей принимала!
— Тогда почему сейчас ты сама не хочешь готовить праздничный ужин?
Вера Павловна резко выдохнула.
— Ты ещё и возрастом меня попрекать будешь?
— Нет. Я спрашиваю другое: почему то, что тяжело тебе и Юлии, должно быть легко Наталье?
На несколько секунд повисла тишина.
Потом свекровь произнесла уже другим тоном:
— Это она тебя настроила. Раньше ты таким не был.
Дмитрий ответил не сразу.
— Раньше я просто не видел, сколько Наталья делает ради моего спокойствия. И ради вашего тоже.
— Значит, жена тебе теперь дороже матери?
— Мам, не надо так ставить вопрос.
— Нет, ты ответь!
— Я тебя люблю. Но Наталья — моя жена. И я больше не буду заставлять её весь праздник стоять у плиты только потому, что вам хочется прийти на всё готовое.
В трубке послышались всхлипы.
Я хорошо знала этот приём. Обычно стоило Вере Павловне заплакать, как Дмитрий сразу сдавался, начинал извиняться и соглашался на любые условия.
Но в этот раз он сказал твёрдо:
— Мама, поезжайте домой. У вас ещё есть время купить что-нибудь готовое по дороге. После праздников созвонимся.
И положил трубку.
