Дмитрий жил в другом городе и редко звонил родителям.
А приезжал ещё реже — в основном только на праздники.
О своём визите он не сообщил заранее.
Как позже выяснилось, машину он припарковал за углом у магазина.
А вот коляску они оставили прямо у крыльца, и, поскольку у Дмитрия был ключ от родительского дома, они уже успели попить чай… — Сюрпри-и-из! — улыбнулся сын, но, заметив обеспокоенные лица родителей, тут же замолчал.
Ольга и Алексей обменялись взглядами.
Первым пришёл в себя Алексей. — Дмитрий? — он с недоумением посмотрел на сына. — Ты… как это… Э… — У меня отпуск, и мы решили вас навестить, — ответил Дмитрий. — Мы? — переспросила Ольга, глядя на молодую женщину. — Да.
Это Ирина, — представил Дмитрий спутницу, — моя жена.
Мы расписались этой весной.
Ольга почувствовала слабость в ногах.
В глазах стало темнеть, и если бы не муж, который поддержал её за локоть, она, наверное, упала бы. — Расписались… — повторила Ольга, тяжело садясь на стул. — Весной… Улыбка с лица Дмитрия медленно исчезла, и он с тревогой посмотрел на мать. — Мам, я хотел рассказать… Но как-то не получалось по телефону. — По телефону не получалось?! — голос прозвучал скорее раздражённо, чем удивлённо.
На самом деле, Ольга действительно была раздражена. — А коляска… Вы уже увидели её, да?
Она наша, — добавил Дмитрий.
Его взгляд казался таким, словно он собирался сделать шаг в бездну. — И ребёнок наш… Дочка.
Ей четыре месяца.
Она сейчас с Ирининой мамой в машине.
Она приехала с нами…
Мы занесли вещи, попили чай, а потом решили оставить коляску здесь…
Соседи сказали, что ты, пап, у Петра, но я туда не пошёл.
Мы хотели сделать сюрприз… — И что, вы целый день в машине сидели?! — удивился Алексей. — Да не целый день, — ответил Дмитрий, — мы приехали пару часов назад.
Ольга и Алексей вновь переглянулись. — Внучка, — сказала Ольга. — Ага… — подтвердил муж. — Мы назвали её Машей, — робко улыбнулся Дмитрий, — в честь моей бабушки.
Наступила долгая пауза.
Теперь, похоже, все ощущали себя неловко. *** — И всё-таки, Дмитрий, почему? — спросила Ольга. — Почему ты не сказал нам, что женился?
Почему мы узнаём обо всём вот так? — Потому что я трус, — тихо признался Дмитрий. — Я боялся, что вы расстроитесь.
