Законы болезни (о врачебных ошибках)

Информация к размышлению…

Загрузка...
Загрузка...

Винить врача за ошибку в решении, принимаемом огромной ценой – значит, совсем убить профессию.

Медицина – это философия.

Медицинский ученый так и называется: доктор философии.

Медицина — это система взглядов на болезни.

Болезней сотни тысяч, а число их комбинаций бесконечно.

Законы болезней отличаются от законов физики. Они не вписываются в графики и формулы. Их нельзя описать математической моделью и просчитать даже на самом мощном процессоре.

В законах болезней правил ровно столько же, сколько исключений, а исключения столь значительны, что имеют свои собственные правила.

Любой третьекурсник меда знает, что инфаркт может протекать как пневмония, аппендицит — как грипп, грипп — как аппендицит, а гастрит — как инфаркт, и что все эти болячки могут иметь стертую или абсолютно «немую» клиническую картину.

Законы болезней нелегко загнать в рамки компьютерных программ и клинических протоколов. Медицина – область знаний, в которой закономерности диагнозов нагло попираются нетипичными симптомами, а исходы болезней часто непредсказуемы. Здесь все вероятно.

В медицинской науке принято считать факт статистически достоверным и доказанным при пятипроцентной частоте ошибки. Что это значит? Это значит, что даже самые серьезные научные доказательства обеспечивают лишь 95%-ю вероятность верного диагноза и результата лечения.

Итак, вывод первый. У медицинского диагноза и прогноза не бывает ста процентов точности. Никогда.

Далее – внимание. В нашем с вами продвинутом мире ни супер-пупер-интернет, ни японский-преяпонский робот-андроид, ни мега-ядерный-переядерный томограф – не поставят вам диагноз, если у вас заболит живот. Или голова. Даже если вам под силу автоматизировать и подчинить технологиям и алгоритмам всю вашу жизнь – диагноз вам будет ставить живой человек в слегка помятом халате. И этот диагноз будет иметь — в лучшем случае — девяностопятипроцентную точность.

Итак, диагноз ставит врач. Как и пару сотен лет назад, собственно. И это вывод номер два.

Третье. Ни один врач в мире не заинтересован в осложнениях или гибели своего пациента. Точка.

Принимаем третий пункт за аксиому и идем дальше.

Итак, 95% заболеваний имеют типичное течение: симптомы известны, тактика отработана и прописана протоколами: ангина – антибиотик, перитонит – лапаротомия и антибиотик, кровотечение – кесарево. Или трепанация. Смотря что у вас болит. Результат лечения предсказуем… снова-таки процентов на 95.

Итак, четвертое. В большинстве случаев врачи вас лечат с уверенностью в результате.

Пятое — те самые пять процентов, будь они неладны. Атипичные, мать их, симптомы или «стертая клиника». Неожиданное течение болезни или операции. Или родов. Редкая реакция на лечение. Неожиданное сочетание нескольких болезней. Именно в таких ситуациях стандартные протоколы не работают, а врач практически в одиночку принимает решение. Переключает стрелку — на невидимой развилке дорог вашей судьбы. Решает — оперировать или вести консервативно. Взять кроху на операционный стол – или не брать. Кесарить или выжидать. Удалить орган, пораженный опухолью, или сохранить, удалить гипотоничную матку или рискнуть, не удалять. Госпитализировать ребенка — или оставить дома. Идти ли на повторную операцию, назначить ли тромболиз и шунтировать ли мозг.

Во многих подобных случаях риск вмешательства бывает практически равен риску невмешательства. Иногда для принятия решения есть пара дней, иногда – одна ночь, иногда – несколько секунд.

И вот он решает.
— нужна ли операция ребенку?
— есть риски анестезии, интраоперационные риски …
— внутриутробная смерть плода – или кесарский рубец …
— дефект органа — или отдаленные поздние метастазы…
— осложнения нерациональной антибиотикотерапии или прогрессирующий септический процесс…
— риск контаминации внутрибольничной инфекцией…
— риск молниеносного течения болезни…

Риски, риски, риски…

И да. Любое лечение затратно.

Вы, возможно, удивитесь, но вся эта калькуляция, все взвешивания, сравнения и просчеты прогнозов, все бинарные выборы в таких случаях основываются на совершенно эфемерной субстанции: на интуиции и опыте врача. На каких-то мистических вещицах из факирского сундучка, короче.

Поверьте, так и принимаются решения в сложнейших случаях: ин-ту-и-тив-но. На глазок. Орел или решка. Пан или пропал. И если вам, к примеру, довелось оказаться в пяти этих процентах – считайте, здесь обоим не повезло: и вам, и вашему врачу. Здесь, к сожалению, математика другая: пятьдесят-на пятьдесят.

Если врач вытягивает неверную карту – это и называется врачебной ошибкой. Именно в этой точке, на перекрестке, врач берет на себя ответственность за решение.

Ну а если риски изначально были равны – выходит, врач чаще будет неправ. И попадет под шквал обвинений, под расстрел критики. Надо было действовать не так! – будут кричат ему в интернете, в телеэфире или на врачебной планерке. А вы представьте себе, как это — принимать решение в такой момент. Попробуйте, примите. Сделайте выбор. С адреналином, с мокрым лбом. Рядом с асистолией, с клинической смертью. С кулаком на аорте. С матами в три этажа эхом в операционной. С бессонницей, с тахикардией у дверей реанимации. С запавшими глазами. С грузом на всю оставшуюся жизнь.

Представили? Отож.

Вывод главный.

Винить врача за ошибку в решении, принимаемом такой ценой – значит, совсем убить профессию. Сделать бессмысленным весь этот опыт.

Берегите врачей. Молодежь и так скоро в медицину не загонишь. Глядя на нынешнюю охоту на ведьм, скоро никто не захочет там с вами стоять — на ключевых перекрестках ваших линий жизни. Все в айтишники и в веб-дизайнеры пойдут. Ну или в косметологи. С гладкой кожей будете у компьютера сидеть и в интернете лечиться. На красивых сайтах.

Источник