Она узнала его сразу, как только вошла, хотя Дима сильно изменился: вместо модной стрижки беспорядочная копна волос, а брендовые шмотки сменились на обычную клетчатую рубашку, так что он стал похож на фермера из американских фильмов.
Он тоже её узнал.
-Ира? Что ты тут делаешь?
-То же самое я могу спросить у тебя.
Она постаралась улыбнуться как можно беспечнее. Как будто не думала о нём три последних года, не представляла эту встречу в мельчайших деталях.
-Ты же помнишь, что я врач.
-И?
-Вот, работаю здесь фельдшером.
-С твоей квалификацией?
Он ничего не сказал. Не хотел говорить, было понятно. Наверняка какой-нибудь скандал: врачебная ошибка, соблазнённая жена главврача. Второе ближе к правде. К сожалению, ближе.
-Сама ты как тут?
-Приехала ухаживать за тётей. Ангелина Васильевна, знаешь, наверное.
Конечно, он знал, раз уж был здесь фельдшером.
-Ей бы в город, – произнёс Дима, постукивая карандашом по столу. – Впрочем, ты и без меня это знаешь.
-Ой, она такая упрямая! Думаешь, мы не пробовали убедить её? Да миллион раз! Не слушает. Говорит, что хочет смотреть на свою яблоню за окном до…
Голос у Иры сорвался, она замолчала. Дима не отвёл взгляда, не стал говорить банальности, поэтому у Иры получилось взять себя в руки.
-Это про неё ты тогда рассказывала? – тихо спросил он.
Ира кивнула.
Тогда. Три года назад. Именно тогда тётя и заболела. Родители собирали деньги, Ира тоже помогала: ходила по вагонам электрички и пела песни. Набрала в тот день немало и радовалась. Вышла на станции, чтобы сходить в туалет и поесть что-нибудь, голова уже кружилась от голода.
А те пацаны давно, наверное, её пасли, потому что знали, где она деньги прячет. Вытащили – она и моргнуть не успела. Побежала следом, кричала, плакала даже, но какой там… Вот тогда и увидела Диму: высокого, в дорогом поло и кроссовках последней модели.
-Такой красивой девушке плакать – преступление, – сказал он. – Скажите, что сделать, чтобы спасти ваши прекрасные глаза от этой ненужной влаги, и сделаю.
У него была такая добрая улыбка. Ира сразу попалась.
Услышав её историю, Дима предложил ей деньги. Ира, конечно, отказалась: она пела целый день не для того, чтобы брать у первого попавшегося красавца просто так. Деньги нужно заработать, так всегда говорили родители.
-Ладно, – сказала он. – Тогда у меня предложение. Как в лучших фильмах Голливуда. Я приехал к родителям сюда, и они жаждут увидеть меня с девушкой. Уже навыдумывали себе всякие… Ту, ты понимаешь. А я бы рад привезти им свою девушку, но не могу. Есть некоторые обстоятельства. Короче – притворись моей девушкой на вечер, ты очень меня выручишь. Подпишем контракт: с тебя отличная игра, с меня приличная оплата.
Конечно, Ира не согласилась бы с подобной авантюрой. Но Дима был такой красивый и смешной, а ей так были нужны деньги… Она подумала, что это будет забавно. И полезно – Ира училась на психолога, такой опыт!
Они сели на лавочку, и Дима даже нацарапал подобие контракта на тетрадном листе. Они проговорили час, и Ира узнала о нём все: что Дима – терапевт, его родители тоже врачи, а брат – физик.
У брата жена и двое детей, у родителей собака – золотистый ретривер. Ира тоже про себя ему рассказала: про своих прекрасных родителей, про внезапно заболевшую тётю, у которой она проводила каждое лето в детстве.
В любовь с первого взгляда Ира не верила. Но это была именно она: внутри грохотало и звенело, возвещая о начале чего-то нового и настоящего. И по тому, как Дима смотрел на неё, можно было надеяться, что это чувство взаимно.
-Ну всё, подготовились – может идти к моим родителям, – сказал он.
Подобные сцены Ира видела только в кино: красивый дом, такие же красивые люди на веранде с изысканными блюдами.
Родители Димы оказались ужасно милыми, его брат – настоящим гением, который только и делал, что сыпал всевозможными фактами, невестка – невозможной красавицей с тонкими чертами лица, как у фарфоровой куклы, а племянники – очаровательными малышами, которые ничуть не мешали взрослым вести беседы и отдыхать.
Ира сидела за столом и мечтала, что может стать частью этого мира. Да, она помнила слова Димы про девушку, вроде был кто-то, но видела она и то, как он смотрит на неё, как пытается всё время прикоснуться.
Может, и нет никакой девушки – он обманул её, как обманывал родителей, стыдно было признаться, что такой красавчик и вдруг один. Чтобы Ира, как и его родители, не напридумывала себе чего.
-А что ты делаешь завтра? – спросил Дима, когда они вышли посмотреть мамин цветник. – Могли бы сходить попить где-нибудь кофе, если ты не против…
Значит, ей не показалось, решила Ира, значит, он тоже чувствует это. И согласилась. Они шли вдоль изящных клумб, вечернее солнце ласкало плечи. Ира улыбалась. Страх, сковывавший её из-за болезни тёти, отступил.
-Пойду проверю, не нужна ли помощь на кухне, – сказала Дима. – Скоро вернусь, не стесняйся, погуляй тут – вон там у мамы анютины глазки со скульптурами из страны минипутов. Тебе точно понравится.
Одна Ира чувствовала себя неловко. Посмотрела на забавную композицию и пошла к дому.
Звуки, которые она услышали, были странными. Тревога поднялась изнутри, откуда-то из детства: что-то подобное она слышала маленькой, когда просыпалась ночью… Как заворожённая, Ира пошла вперёд.
За беседкой Дима сжимал в объятьях жену своего брата. Его губы впивались ей в шею. Она стонала. Ира отпрянула, чуть не вскрикнула, наступила на ветку. Дима обернулся, увидел её. Ира побежала. Она бежала так быстро, как только могла, будто скорость была способна выжечь с её сетчатки эту гадкую сцену.
С тех пор она не видела Диму. Но думала о нём каждый день, не могла стереть из памяти. Казалось бы – что такого, один вечер из жизни, разве можно влюбиться так сильно всего за один вечер? Нельзя, конечно. Может, если бы они поговорили тогда, если бы он объяснил ей, а Ира объяснила ему… Но они не поговорили.
Ей всегда казалось, что, если она его встретит, они сразу вернутся к тому вечеру. Дима будет оправдываться, она расскажет ему, что в голове уже сложился образ идеального мужчины, который не может так поступать со своим братом. Но вот сейчас они стоят рядом, а говорить не о чем.
-Я хотела сказать, что смогу сама ставить уколы, – сказала Ира. – Но мне страшно, что я что-нибудь пропущу. Можно не заходить к ней каждый день, но я буду благодарна, если ты будешь заглядывать к нам, ну, хотя бы раз в неделю. Или два. Как получится.
Дима кивнул.
-Конечно. Если нужно, я могу и каждый день – это несложно. Я привык, мы уже, можно сказать, подружились.
Тётя говорила ей. И намекала на то, что молодой фельдшер холостой.
-За него половина посёлка охотится, конечно, – сказала тётя с хитрой улыбкой. – Но что-то мне подсказывает, что этим охотницам ничего не обломится.
По дороге к дому тёти Ира слушала музыку, чтобы не думать о Диме. Что он всё-таки здесь делает? Это была загадка. А загадки Ира любила.
Тёте она ничего не сказала о своём знакомстве с Димой. Пришлось бы говорить о том, зачем пела тогда в электричках, а тётю это расстроит. Она и сейчас расстраивается, что Ире пришлось бросить работу и ухаживать за ней.
-Не нужен мне никто! – говорила тётя. – Тут отличный фельдшер, соседки заходят мне помочь, кошек кормят.
Мама хотела сама поехать, но у неё студенты – как она их бросит? А у Иры работа простая, замену легко найти. Поэтому поехала она. Конечно, всем было бы удобнее забрать тётю в город. Но она не хотела. И её желание уважали. Каждый имеет право выбрать, где провести последние дни.
Дима пришёл за следующий же день. Тётя обрадовалась, разрумянилась. Наверное, Дима на всех так влиял – даже в этой клетчатой рубашке он был неотразим.
Ира убеждала себя, что ей не стоит думать о нём, но не думать не получалось. Они не смотрели друг на друга и почти не говорили, говорил он с тётей. Но в воздухе трещало электричество, от которого кошки удивлённо фыркали.
При тёте Ира не могла задать вопросы, которые её волновали. Поэтому через неделю испекла слишком много пирожков и пошла в медпункт. Дождалась, когда вереница женщин, которым срочно нужно было померить давление, иссякнет, и вошла.
-Вот, – сказала она. – Что-то много напекла, тётя не ест почти. Подумала, тебя можно угостить.
Дима улыбнулся. Ира боялась, что он скажет что-нибудь обидное, отправит её восвояси с дурацкими пирогами, но он выхватил из пакета один и надкусил.
-Спасибо, я тут умираю с голода. И не думал, что в посёлке столько страдающих мигренями женщин.
Ира не сдержалась, засмеялась. А он засмеялся в ответ.
-Как твои родители? – спросила Ира.
Лицо Димы стало каменным. Она испугалась: неужели с ними что-то случилось?
Не с ними.
-Давай я сразу скажу, чтобы не возвращаться к этой теме. Мой брат разбился. Поехал с дачи на машине и… Его не должно было быть в тот день на даче. Мы были уверены, что он на конференции.
Дима судорожно втянул воздух в лёгкие. Ире показалось, что он сейчас заплачет. Но он не заплакал, только сказал:
-Я знаю, что виноват. Утешать меня не надо. Родители в курсе, так что… Не очень хочется об этом говорить, сама понимаешь.
Хотелось протянуть руку и погладить его по растрепавшимся кудрям. Но вместо этого Ира сказала:
-Ты себя наказал этой ссылкой, да?
-Почему наказал, – горько усмехнулся Дима. – Я здесь работаю.
Дальше разговор не клеился. Ира чувствовала неловкость, но не знала, как уйти. Дима сам ей помог.
-Ладно, мне ещё надо лежачих обойти. К вам завтра зайду, хорошо?
-Хорошо…
Жизнь быстро, как оно всегда и бывает, приобрела определённый порядок: Ира ухаживала за тётей, занималась домом, кормила кошек, ходила гулять. Дима заглядывал к ним по вторникам и пятницам, оставался на чай.
Они больше не говорили о его брате и о его родителях, не упоминали прошлое. Темы для разговоров находились всегда, и каждый раз он уходил всё позже.
Ира убеждала себя, что ей только кажется, будто он как-то по-особенному смотрит на неё, выдаёт желаемое за действительное, но однажды, когда ночью тёте стало плохо, и он примчался сразу после звонка Иры, они поцеловались на тёмной кухне.
Ира слышала, как громко стучит его сердце. Или это было её сердце. Но на следующий день Дима сказал:
-Прости за вчерашнее. Я не должен был. Давай забудем об этом?
Ира кивнула. А что она могла сказать? Навязываться ему она не собиралась.
Последние дни тёти были тяжёлыми. Родители приехали из города и тоже были рядом. Дима заходил каждый день, не оставлял их до самого конца. Ира пыталась поймать его взгляд, но каждый раз Дима отводил глаза.
Только раз он обнял её, когда на поминках Ира расплакалась. Вроде и была готова за эти три года, но разве можно быть к такому готовым?
Родители вернулись в город, работа не позволяла надолго задержаться в посёлке, Ира осталась, чтобы разобрать вещи и привести дом в порядок. Через полгода он станет её, и если раньше Ира думала, что продаст его, сейчас продавать уже не хотелось.
Она тянула, как могла, ждала, что Дима к ней зайдёт, но он не заходил. Причин оставаться в посёлке у Иры больше не было. Мама уже несколько раз звонила и спрашивала, когда она приедет. И поинтересовалась, не потому ли Ира задержалась, что в медпункте работает такой красивенький фельдшер.
-Мама! – возмутилась Ира.
-Что мама? Я уже двадцать пять лет мама. И не против уже стать бабушкой. Так что, тебя ждать дома или…
-Я не знаю, – честно ответила Ира.
И поняла, что нужно всё брать в свои руки. В конце концов – что она теряет? Дима может отвергнуть её любовь, но так Ира, по крайней мере, будет знать, что ей всё привиделось.
В медпункт она не пошла. Пошла сразу к нему домой. Дима не удивился, будто знал, что она придёт. Но когда Ира начала говорить, перебил:
-Не надо, – сказал он. – Я не заслуживаю тебя, понимаешь? Не заслуживаю.
Ира прикоснулась указательным пальцем к его губам.
-Тише, – сказала она. – Молчи.
Порылась в сумочке. Достала кошелёк, а оттуда – свёрнутый вчетверо листок.
-Смотри, – сказала она. – Здесь в контакте написано, что я являюсь твоей девушкой до тех пор, пока ты не заплатишь мне десять тысяч.
Брови у Димы взлетели вверх.
-Ты всё это время хранила это?
Ира кивнула.
-Оплату я до сих пор не получила, – сказала она. – Значит, контракт не закрыт…
Она сделала ещё один шаг вперёд и поцеловала его.
-Выходит, я до сих пор считаюсь твоей девушкой, – прошептала она. – И останусь здесь столько, сколько нужно, чтобы ты себя простил.
Вы когда-нибудь ловили себя на мысли, что что-то в жизни не так? Работа выматывает, отношения…
Эксперт прогнозирует яркие события. Австралийский астролог Анжела Перл считает, что весной многие знаки Зодиака решатся…
Апрель — это период весенних преобразований, пробуждения природы и, разумеется, появления новых перспектив. Для некоторых…
Эксперты раскрыли, представители каких знаков Зодиака разбогатеют во втором месяце весны. Апрель 2025 года принесет…
Когда жизнь бросает вызов, она открывает двери, о которых мы даже не мечтали.
Как трудно найти себя в мире, где всё крутится вокруг чужих ожиданий!